КРЕСТ ИЛИ ПОЛУМЕСЯЦ: КИРГИЗИЯ ПЕРЕД ВЫБОРОМ ВЕРЫ

Георгий СИТНЯНСКИЙ
сотрудник Института этнологии и антропологии РАН

Мусульманство было принято киргизами в качестве официальной религии в 1636 г., а казахами - несколько позже, в XVIII веке. Однако реальная популярность ислама у обоих народов была невелика. Так, казахи еще в 1762 г. обращались к Екатерине II с просьбой "оградить их от пропаганды ислама и обратить в православие"; подобные просьбы повторялись неоднократно в течение следующего века. О необходимости и возможности обращения казахов и киргизов в христианство писали в разное время Ч.Ч. Валиханов, Н.А. Красовский, В.А. Липский, Т. Тихонов и т.д. "Киргизы - племя даровитое, чуждое мусульманской инертности и мертвенности, способное к [европейской] культуре", - писал, в частности, В.А. Липский, доказывая необходимость христианизации этого народа. Однако как царское правительство, так и Православная Церковь, заняли четкую и однозначную позицию: казахи и киргизы должны оставаться мусульманами. За исключением отдельных миссионеров-одиночек, действовавших на свой страх и риск, безо всякой государственной или церковной поддержки, никаких попыток христианизации кочевников предпринято не было.

Национальное возрождение киргизов сопровождалось возрождением религиозным: так, в Киргизии количество мечетей возросло с 22-х (по другим данным - 33-х) в 1985 г. до 2.200 в 1995 г., сам Акаев совершил хадж в Мекку, в Ошском университете открылся теологический факультет. Более того, при принятии новой Конституции Киргизии (5 мая 1993 г.) поднимался вопрос о включении в нее положения о том, что необходимо "придерживаться нравственных ценностей ислама".

В то же время, с 1990-1991 гг. стало расти количество киргизов, склонных к принятию христианства в его евангелических формах. Никогда ранее евангелические церкви (которые до 1988 г. действовали свободно лишь в 1905-1917 гг.) не имели возможности влиять на кочевые народы. Теперь же такая возможность у них появилась, и она довольно успешно реализуется. Так, отдельные киргизы пошли в евангельские христианские церкви уже в 1987-1988 гг., т.е. с началом религиозного возрождения как такового.

Уже в 1992 г. во время поездки в Таласскую область Киргизии я видел во многих домах информаторов Библию на киргизском языке, отпечатанную в Стокгольме. Тогда я не принял это всерьез, но уже с осени 1993 г. до меня стало доходить все больше информации о массовой христианизации киргизской и казахской молодежи. Наиболее информативным оказался доклад сотрудницы КГУ (и КЦИМа) А.С.Табышалиевой в соавторстве с Д.Э.Шукуровой, прочитанный на конференции "Ислам и народная культура" в Москве весной 1994 г.

После этого я принял решение заняться данной проблемой самостоятельно, для чего мной были предприняты поездки в Чуйскую и Таласскую области Киргизии и г.Тараз (до января 1997 г. - Джамбул) в Казахстане. Они продолжались соответственно с 23 ноября по 20 декабря 1995 г. и с 1 октября по 2 ноября 1997 г. Были обследованы более 30 церквей и молельных домов евангелических христиан, православных храмов, мечетей и получена достоверная информация об аналогичных заведениях в различных районах Киргизии, а также Казахстана. Было опрошено 96 информаторов, в первую очередь, священнослужителей и прихожан как евангельских церквей, так и других религиозных учреждений.

Наибольший успех среди киргизского и казахского населения имеют свидетели Иеговы: так, их конгресс в Бишкеке 10 декабря 1995 г. собрал 2.437 человек (как мне любезно сообщил один из старейшин), из которых киргизы составляли примерно 1/10; в сентябре 1997 г. в Бишкеке на их конгресс, проходивший на стадионе, собралось до 7.000 человек, из них до 1.000 киргизов. В Таразе на областные собрания приходит до 3.000 человек, свыше половины которых - казахи.

В городах Северной Киргизии эта церковь также собирает сотни прихожан. В Бишкеке у них 12 собраний, в Сокулуке - три, есть в Караколе, Токмаке, Канте, Таласе, немного - в Горной Киргизии.

Второе место занимают евангельские христиане-баптисты (ЕХБ): именно они собирают в столице наибольшее количество прихожан-киргизов. Мне довелось присутствовать на киргизских молитвенных собраниях ЕХБ.

Баптистская церковь в Киргизии имеет давнюю историю: она возникла здесь в 1880 г. и, не считая нескольких предвоенных и военных лет, все время существовала легально. Однако прихожане-киргизы стали в ней появляться только в последние 5-6 лет. В настоящее время церковь ЕХБ имеет по всей Киргизии 3.000 постоянных членов и примерно в 10 раз большее количество прихожан. Соотношение постоянных членов и прихожан, по словам одного из пресвитеров, примерно 1:10, по Бишкеку этот коэффициент несколько выше, по провинции - ниже. В целом, число прихожан ЕХБ в последние годы не растет, а то и уменьшается, но это происходит за счет эмиграции славянского и особенно немецкого населения; количество же прихожан-киргизов увеличивается непрерывно.

В последнее время начали организовываться евангельские церкви на киргизском языке. Впрочем, известно, что евангельское (протестантское) христианство изначально выступало за проповеди на родном языке вместо непонятной латыни, принятой у католиков; не исключено, что в этом же - одна из причин того, что евангелическое христианство успешно конкурирует с исламом, который практикует богослужение на столь же непонятном арабском.

Баптисты организовали молитвенные собрания на киргизском языке еще в 1991 г. Сейчас на эти собрания, проходящие по воскресеньям, собирается до 200 прихожан-киргизов со всего Бишкека, подавляющее большинство которых составляет (процентов 95) - молодежь.

В Таразе казахская церковь насчитывает до 150 чел., в Таласской области Киргизии представителей титульной нации меньше: в Ак-Дебе (быв.Орловка) - до 70, в самом Таласе - до 30, в других местах - по нескольку человек.

В декабре 1995 г. киргизское отделение организовала Церковь Иисуса Христа (ЦИХ). На собрания ЦИХ в Бишкеке приходит от 800 до 1.000 человек, примерно 1/10 часть которых -киргизы. К осени 1997 г. киргизское отделение ЦИХ увеличилось до 150 человек. ЦИХ имеет отделения также в Канте (30 чел.), Караколе (30), Чолпон-Ате (20-25), Оше, Таласе.

Большим влиянием пользуется Объединенная Церковь Христиан Веры Евангельской (ОЦХВЕ), т.е. пятидесятники. В Чуйской долине их отделения имеются практически во всех населенных пунктах по Чуйскому тракту и севернее; кроме того, есть они в Чолпон-Ате (Прииссыккулье), Таласе, в приграничных с Киргизией районах Казахстана - в Алма-Ате, Таразе, Мерке, Жанатасе; в Южной Киргизии - в Кара-Куле, Таш-Кумыре, Майли-Суу, Кок-Янгаке, Джалал-Абаде, Оше; в Ферганской долине - в Андижане, Фергане. В с.Беловодское, в Чуйской долине, живет Среднеазиатский епископ ОЦХВЕ.

В Токмаке насчитывается около 300 членов ОЦХВЕ, не считая прихожан; из них киргизов - человек 25-30. Еженедельно обращается в эту веру от 2 до 5 человек. В Бишкеке - 25 членов церкви являются представителями киргизской национальности, т.е., учитывая все это, можно сказать, что количесвто прихожан-киргизов не менее 250 человек. В Беловодском и Бишкеке созданы киргизские церкви.

Заслуживают внимания еще две церкви. В июле 1995 г. в Бишкеке зафиксирован христианский миссионерский центр "Благодать" ("Grace"), созданный при поддержке США и Южной Кореи. В Бишкеке его влияние пока очень ограничено - 20-30 человек, из них два-три киргиза. Однако эта церковь, по словам ее служителей, пока не начинала серьезной работы в Киргизии; зато они добились громадных успехов в соседнем Казахстане, где казахская молодежь идет на их молитвенные собрания сотнями и тысячами (Алма-Ата, Караганда). То, что проделано в соседнем Казахстане, титульное население которого так близко к киргизам, вполне может иметь успех и в Киргизии.

Вторая церковь, заслуживающая внимания - протестантская евангельско-христианская церковь "Антиохия". Основанная летом 1995 г., она к концу 1995 г. имела всего 30 постоянных членов, но из них половина (!) киргизы. Два года спустя, киргизов было уже 50-70 человек. Если ее влияние будет и дальше расширяться в той же пропорции, то, возможно, со временем она составит серьезную конкуренцию вышеперечисленным церквям.

В течение 1996-1997 гг. киргизские отделения в Бишкеке открыли также адвентисты седьмого дня (АСД), евангельская церковь "Эммануил", но среди них киргизов пока немного - 10-20 человек. Однако в Таласской долине в с.Кек-Ой (быв.Ивано-Алексеевка) церковь АСД основала лицей с религиозным уклоном, в котором учатся 150-200 человек, большинство из которых - киргизы.

В других евангелических церквях удельный вес киргизов невелик. Основанные корейцами, они, как правило, привлекают к себе сначала корейцев, потом русских, киргизов же - в последнюю очередь. К таковым относятся мунисты, Южная церковь евангельских христиан-пресвитериан, евангельско-пресвитерианская церковь "Надежда", евангельско-христианская пресвитерианская церковь "Саран".

Вообще, распространение христианства среди киргизов и казахов происходит по определенным направлениям ; так, например, г.Тараз в этом плане отстает от Бишкека примерно на два года: то, что было в Бишкеке осенью 1995 г., можно наблюдать в Таразе осенью 1997 г.

Многие евангельские церкви широко занимаются благотворительной деятельностью - организуют комнаты отдыха для престарелых, бесплатные обеды, участвуют в строительстве школ, больниц, раздаче гуманитарной помощи и т.д.

Интересно объяснение киргизами причины того, почему они приняли христианскую веру (и почему пришли именно в эту церковь). Часть обратилась, прочитав рекламное объявление, кого-то привели друзья или знакомые, но многие рассказывают такое: "Я долго болел, ходил и к муллам, и к знахарям, и к экстрасенсам, но ничего не помогло. Однажды я пришел в православную церковь и купил Библию. Начал ее читать. Потом один из братьев (баптистов - Г.С.) сказал мне, что надо поклоняться не иконам, а самому Богу. Тогда я пришел сюда - и выздоровел". Или:"Я пришел сюда, и Бог после этого исцелил мою больную сестру".

Многие перед тем, как прийти сюда, перепробовали не одну религию - буддизм, кришнаизм, другие отрасли того же евангелического христианства, православие, пока не нашли то, что, с их точки зрения, наиболее им подходит.

Женщины-киргизки имеют еще один стимул для обращения в христианство: в исламе женщина считается низшим существом, ей не разрешается даже входить в мечеть. На том свете, согласно Корану, мужчину ждут чувственные наслаждения в объятиях небесных дев, а что после смерти будет с женщиной? Неясно. В евангелическом же христианстве, по крайней мере, в некоторых его видах, в отличие от православия и католичества, женщины могут занимать даже церковные должности. Поэтому у свидетелей Иеговы, например, до 80% новообращенных составляют женщины.

Наконец, степные евразийские народы, в отличие от, например, оседлых народов Центральной Азии, в культурном отношении все еще в значительной мере представляют собой "tabula rasa", их все еще можно приобщить как к европейско-христианской, так и к восточно-исламской цивилизации. Традиционная неприязнь степных народов к Востоку, ориентация на Россию и Европу играют здесь очень большую роль, как и печальный опыт исламского фундаментализма в соседнем Таджикистане. Интересно, что многие киргизы-христиане на вопрос о том, принадлежали ли они ранее к какой-нибудь другой вере, отвечают: "Я считался му- сульманином".

Появились и первые священники-киргизы. Тут лидируют адвентисты седьмого дня - первый священник-киргиз, рукоположенный в сан в 1993 г., трудится в Аламедине; супруги-священники недавно поехали работать в Нарын; несколько молодых киргизов готовятся к рукоположению в Бишкекской поместной (киргизской) церкви ЕХБ; в ожидании этого они работают там же - дьяконами, ответственными за религиозное просвещение новоприбывших; готовит проповедников-киргизов Южная церковь евангельских христиан-пресвитериан и т.д.; уже мы упомянули также о 65-летнем пасторе-киргизе в Церкви Иисуса Христа.

Готовят священников библейские колледжи в Бишкеке (с 1 сентября 1996 г. был открыт двух-трехлетний в дополнение к основанному ранее, сокращенному), Токмаке (филиал Московского колледжа Объединенной Церкви Христиан веры евангельской), Алма-Ате, а также духовная академия в пос. Заокский (Тульская область). Что же касается отправки будущих священников на учебу на Запад, то большинство руководителей евангельских церквей относятся к этому скептически, говоря, что "пусть лучше Запад разворачивает христианскую образовательную систему здесь".

Вообще же, пасторы, пресвитеры и т.д., которые не являются местными уроженцами, прибывают из разных стран - США (например, в Караколе проповедует некто пастор Пэйс), Германии, Южной Кореи и даже из Индонезии (в церкви "Антиохия").

Есть прихожане-киргизы и в некоторых православных храмах, например, в Воскресенском соборе г.Бишкека. Однако, в целом, православная Церковь продолжает старую линию неприятия киргизов. Многие, не только киргизы, но и корейцы жаловались мне, что в православном храме, увидев азиатское лицо, священник спрашивал: "А ты зачем здесь?" Впрочем, в православных церквях России, по словам побывавших там киргизов, такого отношения к "азиатам" нет. Объясняется это тем, что православные иерархи в Центральной Азии не желают ссориться с мусульманами, отбивая у них паству. При этом они утверждают, что, дескать, православные с мусульманами никогда не ссорятся. "Забыли, как в 1916 году экзальтированные муллами киргизы вырезали целые русские села", - горестно говорит один баптистский пресвитер. Вообще, такая политика идет, очевидно, от дурной российской традиции блокироваться с любыми силами, враждебными Западу. Каждый раз дело кончалось тем, что России доставалось от этих самых "сил" гораздо больше, чем Западу, но поклонники этой традиции не перевелись.

Впрочем, в последнее время наметилась и другая тенденция: православная Церковь стала намного терпимее к христианизации киргизов. "Пусть каждый человек верит так, как его Бог надоумил" сказал в беседе со мной отец Александр, священник Воскресенского собора г.Бишкека, добавляя, что у евангелистов лучше поставлена проповедь, они глубже проникают в человеческие души и т.д. "А хорошо бы было, если бы киргизы шли в православные церкви". (Подобное говорил и настоятель одного из православных храмов г.Тараза, только там речь шла не о киргизах, а о казахах).

Сторонники этой новой тенденции в среде православных иерархов считают, что полезно "привлечь хотя бы часть коренного населения к не-исламу". Они понимают опасность глубокой исламизации киргизов (и казахов) для местного русского населения и для самой России, и в их сознании средневековый принцип "еретики хуже иноверцев" постепенно уступает место общехристианской солидарности.

Зато мусульманское духовенство в подавляющем большинстве, естественно, настроено резко враждебно по отношению к христианизации киргизов. Наиболее резко выразился по этому поводу в разговоре со мной инспектор Духовного управления мусульман Киргизии, кстати, бывший майор КГБ (как он сам сказал): "Это- происки сил, враждебных киргизскому народу. Они хотят, чтобы в одной семье люди верили по-разному и на этой почве происходили ссоры. Мы хотим быть вместе с Россией, а враждебные нам и России силы не хотят этого допустить и насаждают среди нас христианство". У меня вертелся на языке вопрос: а что, Россия - мусульманская страна, что христианизация Киргизии помешает ее сближению с Россией? Во всяком случае, именно в христианских общинах нет никаких трений по национальному признаку. Более того, многие представители киргизской молодежи излечились от русофобии именно придя в христианские общины.

А еще более резко высказался заместитель муфтия Киргизии: "Киргизы-христиане - предатели Родины и народа, с этим надо бороться. Пусть "русскоязычные" будут православными, а все остальные - мусульманами. Мы не лезем в политику, но ислам должен быть обязателен для всех". Кстати, заместитель муфтия явно лукавит: именно ислам не разделяет религии и политики.

Впрочем, священнослужители-узбеки, составляющие значительную часть мусульманского духовенства Киргизии, настроены менее резко. Может быть, это связано с их стремлением как-то противопоставить узбеков киргизам. Мусульманское духовенство Киргизии не ограничивается подобными декларациями - оно оказывает давление на правительство Киргизии, правда, пока по большей части безуспешно, с целью запретить пропаганду евангельского христианства. Но бывает и так, что они добиваются своей цели. Так, в одной из школ Бишкека открылся баптистский кружок на факультативных началах. После этого кто-то в правительстве обронил фразу, что "надо бы это прекратить". Этого оказалось достаточно - кружок прикрыли. Делались попытки прикрыть и христианскую школу пятидесятников в Беловодском - на том основании, что она "не может дать полноценного образования". Директору школы и пятидесятническому епископу пришлось приглашать в эту школу заместителя министра просвещения, и он вынужден был признать, что государство не может дать такого образования, как эта школа. Баптистский пресвитер объясняет это просто: многие боятся, что "завтра все поменяется", поэтому "лучше запретить - как бы чего не вышло". Целых два года (1995-1997) добивались баптисты регистрации их церкви в Нарыне, и лишь 2 октября 1997 г. их старания наконец увенчались успехом.

К этой проблеме тесно примыкает другая - отношение родных, друзей, знакомых киргизов-христиан к их обращению. Здесь разброс очень широкий - от физических преследований киргизов-христиан до вполне лояльного и даже положительного отношения. По словам многих баптистов, гораздо больше киргизов могло бы прийти к ним, если бы не боялись. Особенно много таких на периферии. Трудно сказать, насколько это правда - большинство прихожан-киргизов с прямыми угрозами, все же, не сталкивалось, но на негативное отношение жаловались многие.

Очевидно, физические преследования имеют место на периферии - например, в Нарыне. Однако жизнь и тут берет свое. Постепенно отношение меняется к лучшему. Вот некоторые рассказы прихожан: "Сначала родные были против моего крещения, но я своего добилась и заставила себя уважать". "Раньше родные меня осуждали, а теперь нет". "Родители думали, что это блажь, но когда я крестилась, поняли, что это серьезно". "Сначала родители были против, но все изменилось после того, как Бог исцелил мою больную сестру". "Мои родители мусульмане, но относятся спокойно - лишь бы человеком был".

Некоторые киргизские муллы также склоняются к тому, чтобы не противопоставлять мусульман христианам, "поскольку Бог один на всех" (Средняя Азия. М., 1992. 9) Судьин А. Киргизское село: аккультурация и приверженность национальной культурной традиции// Этносоциальные процессы в Кыргызстане. М.,1994. С.17-31.); впрочем, эта информация относится к Иссык-Кульской области 1993 г., так что вполне возможно, что тогда киргизское духовенство не сталкивалось с проблемой христианизации киргизов и под христианами понимались только европейцы.

Как бы то ни было, у мусульманского духовенства имеются серьезные основания для беспокойства. По крайней мере, среди молодежи Северной Киргизии христианство соизмеримо с исламом по своему влиянию, а в Чуйской долине, пожалуй, превосходит его.

Сдерживает распространение христианства среди киргизов и негативный имидж евангелических церковных организаций, насаждавшийся в течение десятилетий, когда любая ругательная статья об этих церквях, которые скопом назывались "сектантами" и баптистами, пропускалась без цензуры. Я сам слышал еще в 1982 г. (в Омске), что баптисты занимаются чуть ли не каннибализмом.

Так, одна из прихожанок-киргизок рассказывает: "Я в первый раз шла сюда со страхом - говорили, что баптисты на собраниях жертвы приносят. А побывала тут - все в моей душе перевернулось." Примерно в таком же духе высказался директор одной из бишкекских школ.

Однако наряду с христианством, растет и влияние ислама. В 1992-1995 гг. мечети, многочисленные и хорошо построенные (за счет богатых исламских спонсоров - Саудовской Аравии, Турции, Ирана, Пакистана), обилием прихожан, по крайней мере молодежи, похвастать не могли, 90% прихожан бишкекских мечетей составляли узбеки, а, по моим личным наблюдениям, там преобладали пожилые люди, причем, далеко не все из них - киргизы. В Токмаке же, после окончания третьего намаза из мечети вышло всего несколько стариков (декабрь 1995 г.).

В 1993 г. только 4% опрошенных жителей, например, Иссык-Кульской области считало, что Киргизия должна быть исламским государством; примерно столько же полагало, что надо учить арабский язык, тогда как 2/3 опрошенных считало, что необходимо учить английский, не говоря уже о русском - в необходимости его изучения убеждено подавляющее большинство.

Однако в последнее время наметились и новые тенденции. Так, в Бишкекском медресе в 1997 г. впервые был конкурс среди поступающих. В киргизской столице турками создано до 17 исламских учебных заведений, воспитанникам которых запрещено даже говорить по-русски. Сейчас в Киргизии зарегистрированы десятки исламских учебных заведений. Например, в октябре 1997 г. такая школа открылась в Кеминском районе Чуйской области. В Ошском медресе учится более 220 молодых людей. Только в египетских религиозных вузах учится около 200 киргизстанцев и т.д.

Конечно, это пока немного. Напомним, что в начале века только в Оше действовало 5 медресе; сегодня же, например, в Нарынской области один священнослужитель приходится на несколько мечетей и десяток аилов. Но важна тенденция - к росту ислама.

Фактором, который может способствовать усилению ислама, является падение образовательного уровня киргизской молодежи в последние годы; напротив, рост культурного уровня способствует христианизации. О взаимосвязи этих факторов предупреждал Н.А.Красовский еще в 1868 г. С другой стороны, если раньше распространение ислама сдерживалось кочевым образом жизни киргизов и казахов, то теперь это препятствие устранено - впервые за тысячелетия евразийские скотоводы перешли в 1930-х гг. к оседлому образу жизни.

Небезынтересно отметить и еще одно явление в религиозной жизни киргизов - появление "культа Манаса", связанное, возможно, с празднованием в 1995 г. 1000-летия эпоса. Среди киргизов стало появляться и крепнуть убеждение, что "дух Манаса их охраняет"; возникли и определенные культовые обряды, напоминающие элементарный шаманизм: женщины в белых покрывалах собираются по ночам у каких-нибудь необычных деревьев (например, у "трех тополей") и выполняют заклинательные обряды, напоминающие таковые у сибирских шаманов. Наблюдать подобный обряд автору не удалось, поскольку шаманки не выносят присутствия при этом посторонних. Исламское духовенство пока не проявляет недовольства этой "новой религией."

Впрочем, подавляющее большинство киргизской и казахской молодежи не испытывает особой склонности ни к христианству, ни к исламу - они просто живут; киргизская молодежь сильно европеизирована, и это вселяет определенный оптимизм, как и то, что наиболее исламизированы представители старших поколений. В целом же, исход противостояния христианства и ислама зависит от того, найдутся ли силы и средства переломить негативную тенденцию с падением культурного уровня киргизской и казахской молодежи.


SCImago Journal & Country Rank
build_links(); ?>
Реклама UP - ВВЕРХ E-MAIL