ПОДДЕРЖКА НЕЗАВИСИМОСТИ СТРАН ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ - ВАЖНАЯ ЦЕЛЬ АМЕРИКАНСКОЙ ПОЛИТИКИ

Лора КЕННЕДИ - Директор Отдела стран Центральной Азии Государственного департамента США, любезно согласилась ответить на некоторые вопросы "Центральной Азии" в своем эксклюзивном интервью для нашего журнала. С ней беседует зам. главного редактора

Сергей ГРЕЦКИЙ

С. Г.: Если Вы позволите, г-жа Кеннеди, то, прежде чем начать интервью, я хотел бы пред-ставить Вас нашим читателям. Лоре Кеннеди сорок шесть лет, родилась в Калифорнии. Выс-шее образование получила в знаменитом колледже Вассар, где учились Жаклин Кеннеди, Мерил Стрип и многие другие представители американского истеблишмента. Степень магистра в области международных отношений она получила в Американском университете. До назначения на пост директора Отдела стран Центральной Азии Государственного департамента США в 1995 году, Лоре Кеннеди уже приходилось сталкиваться с региональной проблематикой, когда она дважды работала в посольстве США в Советском Союзе. В промежутке она в течение одного года занималась исследовательской деятельностью в одном из престижнейших центров американской советологии - Стэнфордском университете. После образования новых независимых государств она короткое время работала временным поверенным в делах США в Армении.

Непосредственно перед назначением на центральноазиатское направление Лора Кеннеди работала заместителем директора Отдела Ливана, Сирии, Иордании и Палестины, так что с мусульманским миром она знакома не понаслышке. В ее кабинете, где мы беседуем, на видном месте висит фотопортрет короля Иордании Хуссейна с дарственной надписью. Неподалеку - сюзане, привезенное из одной из поездок в Центральную Азию.

"Центральная Азия": Каковы цели и задачи политики США в Центральной Азии? Насколько успешно они осуществляются?

Лора Кеннеди: Всемерная поддержка независимости и суверенитета стран Центральной Азии - это наиболее важная цель американской политики в регионе. Центральноазиатские государства являются хозяевами своей судьбы и должны таковыми оставаться. Первоначальные страхи по поводу того, что у этих стран нет традиции государственности, что после обретения независимости их охватят хаос и дезинтеграция, не оправдались, хотя, конечно, Таджикистан является печальным исключением. Вместе с тем, нас обнадеживает прогресс, достигнутый за последнее время на межтаджикских переговорах, проводимых под эгидой ООН. Мы надеемся, что обеим сторонам удастся в ближайшем будущем достичь взаимоприемлемого и прочного урегулирования гражданского конфликта.

Другая важная цель американской политики - это содействие проведению демократических реформ. В этом направлении странам региона предстоит сделать еще очень много и мы готовы оказать им в этом помощь.

Третья цель нашей политики - это оказание экономической помощи. К сожалению, несмотря на некоторые успехи в проведении экономических реформ, внезапная независимость и распад прежней единой экономической системы привел к серьезным потрясениям и больно ударил по населению Центральной Азии. С первого дня нашего присутствия в регионе мы стараемся помочь переходу национальных экономик центральноазиатских стран к рыночной экономике.

Общий объем помощи, которую США оказали странам региона с 1992 по 1995 фискальный год, составил: Казахстану - 523 млн. 110 тыс. долларов, Кыргызстану - 306 млн. 530 тыс. долларов, Таджикистану - 152 млн. 430 тыс. долларов, Туркменистану - 139 млн. 820 тыс. долларов, Узбекистану - 99 млн. 510 тыс. долларов. В 1996 фискальном году, который начался в октябре прошлого года, на помощь этим государствам выделены следующие ассигнования: Казахстану - 94 млн. 245 тыс. долларов, Кыргызстану - 48 млн. 738 тыс. долларов, Таджикистану - 34 млн. 690 тыс. долларов, Туркменистану - 14 млн. 255 тыс. долларов и Узбекистану - 30 млн. 965 тыс. долларов. К нашему великому сожалению, бюджет программы помощи сокращается, а мы должны бы оказывать большую поддержку, планировать и осуществлять новые проекты. Это же касается и программы обменов, которая направлена на то, чтобы дать возможность представителям различных профессий познакомиться с их коллегами в США, обогатить свой опыт, а так же на то, чтобы подготовить молодые кадры для государств региона. Мы все же надеемся, что Конгресс согласится с нами в том, что необходимо не только продолжать осуществление этих программ в Центральной Азии, но и расширять их число и направленность.

"Ц.А.": Примерно до середины 1993 года бытовало мнение о существовании некой негласной договоренности между США и Российской Федерацией о разделе сфер влияния. В частности, речь шла о признании интересов России в Центральной Азии в обмен на российское согласие с американским планом миротворчества на Балканах. Однако с середины 1993 года можно говорить о резком усилении американской активности (политической, экономической, военной) в регионе. Чем это вызвано?

Л. Кеннеди: Я не согласна с такой постановкой вопроса. Наша политика в отношении стран Центральной Азии, как и всего бывшего Советского Союза, никогда не строилась и не строится на понятии "сферы влияния". Мы сразу же признали независимость стран, образовавшихся в результате распада СССР. Мы были одними из первых, а иногда и первыми, кто открыл посольства в этих странах. Мы с самого начала относимся к странам Центральной Азии как к независимым государствам и стремимся делать все для поддержания и укрепления их суверенитета. В этом смысле наша политика остается неизменной.

"Ц.А.": Можно ли сказать, что политика США в Центральной Азии носит оттенок соперничества с Россией?

Л. Кеннеди: Нет, мы не рассматриваем Центральную Азию как регион соперничества с Россией. Наше присутствие там направлено, как я уже сказала, на поддержку независимости стран региона. Да, раньше мы конкурировали друг с другом и наши интересы были часто диаметрально противоположны, но эпоха империализма позади. Сейчас государства региона сами в состоянии оказывать давление на своих соседей. И вообще, использование старой метафоры "Большая игра" по отношению к государствам Центральной Азии унижает их достоинство. Они не пешки в чьей-то игре. Эти страны могут предложить миру многое. У них богатая история и культура, высококвалифицированные специалисты, полезные ископаемые и многое другое.

У нас есть коммерческие интересы в регионе, точно также, как они есть и у России. Мы должны вместе помочь этим странам в осуществлении экономических реформ, помочь им интегрироваться в мировую экономику и международные экономические организации, членом которых Россия сама стала недавно, а не соревноваться друг с другом. Мы должны помочь центральноазиатским государствам стать равноправными членами международного сообщества.

"Ц.А.": Приходится слышать заявления центральноазиатских демократов и диссидентов о том, что свои визиты на Запад, особенно в США, региональные лидеры используют как доказательство поддержки Западом их внутренней политики и как свидетельство своей принадлежности к демократическим странам. Подобные заявления и скрытый в них упрек в сторону Запада особенно усилились после визита Ислама Каримова в США в июне 1996 года. Не говоря уже о том, что отдельные комментарии в американской прессе во время визита узбекского Президента дали повод для предположений, что Узбекистан рассматривается Вашингтоном как проводник политики США в регионе. Кроме негативной реакции со стороны узбекской оппозиции, просматривалась также явная раздраженность соседей Узбекистана, усмотревших здесь попытку реставрации печально известных времен "старшего брата" уже на региональном уровне. Что бы Вы могли сказать по этому поводу?

Л. Кеннеди: Одной из главных целей нашей политики в отношении центральноазиатских государств является поддержка и поощрение демократических реформ, создание новых демократических институтов в этих странах. На достижение этой цели направлены многие из программ развития, которые финансируются американским правительством. Вместе с тем, надо отметить, что странам Центральной Азии приходится решать многие проблемы одновременно, поэтому в некоторых областях прогресс не такой значительный, как нам бы того хотелось. Это напрямую относится к положению с правами человека и мы ведем постоянный диалог на эту тему на разных уровнях.

Наша позиция по вопросу прав человека в Центральной Азии хорошо известна и изложена в ежегодных докладах Государственного департамента. Диалог с руководителями центральноазиатских стран полезен, поскольку он предоставляет возможность выражать нашу озабоченность положением с правами человека и стимулировать улучшения в этой области. Изоляция этих государств вряд ли способствовала бы достижению целей нашей политики в области прав человека. Кроме усилий на двусторонней основе, мы стараемся вовлечь страны региона в сеть международных организаций. Особенно важную роль здесь может сыграть ОБСЕ, которая недавно открыла свой региональный офис в Ташкенте.

Визит г-на Каримова в Вашингтон в июне 1996 года как раз предоставил одну из таких возможностей вовлечения узбекских руководителей в диалог по проблеме прав человека. Что касается нашей политики в отношении Узбекистана, то мы не ставим своей целью возвысить Каримова над другими странами региона. Мы ценим отношения со всеми пятью странами Центральной Азии. Узбекистан - это одно из ведущих, а не ведущее государство региона. Для нас Узбекистан - это не какое-то особое государство, а страна, с которой мы ведем открытый диалог.

"Ц.А.": В этой связи хотелось бы отметить, что, как известно, отношения между лидерами Центральной Азии складываются далеко не лучшим образом. Каковы Ваши взгляды на перспективы регионального сотрудничества?

Л. Кеннеди: Хотя, как я уже сказала, наша политика прежде всего направлена на укрепление независимости каждой из стран Центральной Азии, мы поощряем государства региона к созданию институтов регионального сотрудничества. Мы уважаем и приветствуем позитивный нейтралитет Туркменистана, но считаем, что он вполне согласуется с тесным региональным сотрудничеством. В первую очередь, это относится к решению проблем окружающей среды и распределения водных ресурсов, в чем существенную помощь готов оказать Всемирный Банк.

"Ц.А.": Как развивается сотрудничество США со странами региона в военной области?

Л. Кеннеди: Все страны региона, за исключением Таджикистана, присоединились к программе НАТО "Партнерство во имя мира". Мы успешно развиваем и двусторонние военные связи. Мы также поощряем центральноазиатские страны к региональному сотрудничеству. В этом плане, мы приветствуем создание Казахстаном, Кыргызстаном и Узбекистаном миротворческого батальона, который эти страны предложили поставить под эгиду ООН. Это великолепная идея, по двум причинам. Во-первых, большее число миротворцев никогда не помешает. Во-вторых, подобное начинание способствует развитию и упрочению отношений сотрудничества между этими государствами. В августе 1996 года батальон принял участие в учениях, проведенных в рамках программы "Партнерство во имя мира" в США. В сентябре этого года подобные учения с участием американских и российских военных состоятся на территории одной из этих трех стран.

"Ц.А.": В своей речи на открытии Института Центральной Азии при Универ-ситете Джонса Хопкинса в г. Вашингтоне в октябре прошлого года Джеймс Коллинз, специальный координатор Государственного департамента США по России и странам СНГ, упомянул о "минимальном участии" Ирана в развитии энергетического комплекса стран бассейна Каспийского моря. Он также отметил, что существующие системы транспортировки энергоресурсов явно недостаточны. Означает ли это заявление, что США готовы дать неофициальное "добро" на строительство нефте- и газопроводов из бассейна Каспийского моря и Центральной Азии через Иран, который многими экспертами рассматривается как наиболее выгодный во многих отношениях путь транспортировки энергоресурсов из региона?

Л. Кеннеди: Политика США направлена на диверсификацию путей транспортировки энергоресурсов из стран Центральной Азии и Закавказья. Мы можем предложить этим странам не только технологию и финансирование различных проектов, включая добычу нефти и газа, но и помощь в доставке энергоресурсов на мировые рынки.

Я не считаю, что иранский вариант единственно экономически выгодный не только для транспортировки нефти и газа, но и экспорта хлопка. Наша политика не заключается в нахождении путей, минующих Россию. Например, нефтепровод с нефтью Тенгизского месторождения, разрабатывающегося с участием американского капитала, пойдет через Россию. Мы не поддерживаем идею иранского варианта и в этом смысле наша политика не изменилась. И она не изменится до тех пор, пока Иран не поменяет свое поведение на международной арене. Кроме того, наше законодательство запрещает инвестиции в иранскую экономику, дополнительные штрафы предусмотрены для компаний, которые намерены вкладывать средства в нефтяную промышленность Ирана. Кроме иранского существует много других вариантов транспортировки энергоресурсов Каспия.

"Ц.А.": В заключение, какими Вам видятся перспективы отношений США и стран Центральной Азии?

Л. Кеннеди: Смотря в будущее, я не вижу кардинальных изменений в нашей политике в отношении стран Центральной Азии. Я предвижу дальнейшее расширение нашего присутствия в регионе и рамок нашего сотрудничества с центральноазиатскими государствами. Я надеюсь на расширение нашей помощи и углубление сотрудничества в проведении экономических реформ, где большую роль может сыграть американский бизнес.

Я хочу, чтобы в США проявлялось больше интереса к Центральной Азии. Я надеюсь, что Ваш журнал не только внесет свой вклад в умножение знаний и распространение информации о Центральной Азии, но и в увеличения интереса к ней со стороны самых широких кругов на Западе. Думаю, что в этом не последнюю роль могут сыграть американские бизнесмены и специалисты по региону. Этому же призваны содействовать программы обмена, а также развивающиеся связи по линии городов-побратимов. Когда двадцать лет тому назад я начинала заниматься Советским Союзом, людей, знающих и занимающихся Центральной Азией, в Америке можно было пересчитать по пальцам. Сейчас их число неуклонно растет.